adv_history

Сергей Наумов относится к тем авторам, кто создавал славу легендарного ныне "Искателя" 1970 – 80-х годов. Произведения Наумова посвящены разведчикам, добывавшим сведения в тылах вермахта, и подвигам пограничников.

Александр Бушков снимает гриф секретности с архивных дел Особой экспедиции. Эта глубоко законспирированная служба III Отделения собственной его Императорского Величества Николая I канцелярии занималась исследованием странных, удивительных и необъяснимых происшествий. Но что самое пикантное в новом романе – главное действующее лицо – Александр Пушкин. Поэт выступает в роли агента «Союза трех черных орлов», тайного сообщества, поставившего себе целью противодействие черной магии, нечистой силе и бесовству.

Александр Бушков вот уже много лет самый известный и самый любимый писатель России. Общий тираж его книг превысил 17 миллионов экземпляров. Невероятная эрудиция и потрясающая фантазия автора не умещаются в рамки одного литературного направления, поэтому Бушков творит в трех – остросюжетный роман, фэнтези и историко-документальная литература, причем в каждом направлении он совершил переворот. Каждая его книга – это событие в литературном мире России.

Достоверно известно, что у А.С. Пушкина был золотой перстень с сердоликом. Поэт считал этот перстень своим талисманом, о чем написал несколько стихотворений, в том числе знаменитое «Храни меня, мой талисман». Александр Сергеевич не расставался с перстнем, запечатывал им письма. На камне была надпись на древнееврейском языке. После смерти Пушкина перстень пропал бесследно.

На известном прижизненном портрете работы В.А. Тропинина Пушкин изображен с двумя перстнями. На большом пальце – сердолик.

Действие происходит в годы острого религиозного и политического конфликта между движением Реформации и сторонниками римско-католической церкви.

Книги Ж. Ломбара «Агония» и «Византия» представляют классический образец жанра исторического романа. В них есть все: что может увлечь даже самого искушенного читателя: большой фактический материал, динамический сюжет, полные антикварного очарования детали греко-римского быта, таинственность перспективы мышления древних с его мистикой и прозрениями: наконец: физиологическая изощренность: без которой, наверное, немыслимо воспроизведение многосложности той эпохи.